НАБАТ ЧЕРНОБЫЛЯ

      Двадцать шестого апреля 32-я годовщина катастрофы на Чернобыльской атомной электростанции в 1986 году. Последствия страшные и будут сказываться на всех ещё многие годы, ведь в ликвидации последствий участвовали парни со всего Советского Союза. Я там оказался в августе 1986-го, зелёным лейтенантом, правда уже женатым и с годовалым сыном. Массовые работы по дезактивации только начинались. Наша 26-я бригада (Московского военного округа) развернулась в Иванкове, в 30 км от ЧАЭС. Бригада на самом деле была сборная — «срочники» и «партизаны» отовсюду. Например, в нашей «командирской» палатке (ком.роты, замполит и три взводных) оказались: я — Ростов-на-Дону (по распределению три года отрабатывал в Московских краях), ротный — Воронеж, замполит — Смоленск, ещё один взводный (и это правда) — Саша Рабинович из самого центра Москвы, в мирной жизни архитектор-художник, который, кстати, на естественный вопрос всех окружающих: «А ты-то как здесь оказался?» отвечал на полном серьезе, как заправский спецназовец: «Кто, если не мы?» 

     Вот просто несколько «картинок» из той жизни.

-.    Через перевалочную базу в Курске, где нас экипировали, включая длинные зимние шинели, и выдали сухие пайки на дорогу — тушенку 40-х годов выпуска, доставили наконец в Чернобыль, в расположение части. Выстроили, спросили, может кто хочет отказаться от службы, дело типа добровольное. Желающих не нашлось. И вот, лежим на     травке, ждём пока распределят по ротам. Украинское лето, солнце, рощица рядом колышется — и…..неосознанная тревога и внутренний напряг. Скоро понял, почему. Нет муравьем и жучков в траве, нет бабочек, нет пения птиц. НИЧЕГО живого. Хотя вроде далеко от станции и радиация почти в норме.

-.    Первые смены (всего их было 12, пока не набрал пороговую дозу радиации) по уборке радиоактивного мусора после взрыва — ОРУ-330, ОРУ-750 у третьего реактора, могильник из ХОЯТ у второго реактора…..кто знает — поймёт. О саркофаге ещё только разговоры, над разрушенным реактором дымок, как из вулкана, в пожарной части (той самой, около станции) окна распахнуты, занавески по ветру, чайник на столе…                 Финальное переодевание для рабочих смен в бункере под третьим реактором, там же потом все сбрасывается, душ и назад. Передвижения вне помещений бегом строго по маршруту, ни шагу в сторону, маску не снимать! Бежим к бункеру — под стеной станции кто-то лежит. Заскочили внутрь, выясняем. Решил боец отбежать к стеночке срочно покакать, там и упал. Везде осколки стержней ядерных после взрыва неубранные. Ребята из его части свинцовыми фартуками обмотались, вытащили.

-.    Вечерняя смена закончилась, пересаживаемся на ПУСО (пункт специальной обработки) в 2 км от станции с машины на машину, как бы «чистую». Тут же пересадку делают «академики»-ученые, на станцию. А над четвёртым реактором в темноте красота необыкновенная — натуральное северное сияние с переливами. Все ахают, охают и тут один «академик» говорит: «Красиво, конечно. Я вот не знаю, что за ерунду в реактор бросали (вертолетчики пытались заглушить реактор мешками с песком), но под воздействием ТАКОЙ радиации из этой ерунды полезли неизвестные на Земле доныне излучения, мы уже три вида новых открыли. Так что мы все с вами, ребята, в какой-то степени уже инопланетяне!»

-.    Бункер. Коридор. Идёт мужик в белом костюме(значит сотрудник), размахивает руками, ругается и чуть не плачет. Спрашиваю:»Чего это ты?» Оказалось — начальник отряда роботов, которые на крыше третьего реактора (самый страшный участок) должны были сбрасывать радиоактивные осколки топлива в провал четвёртого реактора. Были роботы наши, японские (уж они-то после Хиросимы знают, как с этим бороться), немецкие. И все по очереди «сошли с ума» от ТАКОЙ радиации (хотя были рассчитаны на самые экстремальные условия) и спрыгнули в вулкан реактора сами. Оставался один, самый крепкий, немецкий (он его ласково «Гансик» называл), так и тот сегодня покончил с собой. Осиротел командир….. После этого на крыше работали только люди. По несколько секунд — добежать, схватить, бросить в провал, убежать. Но эти люди выдержали все, в отличие от роботов.

-.    При взрыве реактора самым радиоактивным облаком накрыло небольшой сосновый лес между станцией и Припятью. И он стал тем самым «Рыжим лесом». Сосны стоят как живые, колышутся, только стали кроваво-коричневого цвета и жутко радиоактивные. Ротный (танкист в прошлом) пробовал их валить с разгона ИМР-ом (тот же танк, только вместо пушки щупальце-захват). Так сосны не только цвет поменяли, а и сами стали будто из железа, не поддались.

-.    Работы по дезактивации ОРУ-330 (открытое распределительное устройство) в районе второго реактора, уцелевшие продолжали работать и давать ток. Смена длится несколько минут, за которые люди получают до 1,5 разрешённых разово рентген. Ребята выскакивают из освинцованного автобуса, бегут к заранее расставленным железным кубовым ящикам и лопатами забрасывают в них все с поверхности вместе с верхним слоем грунта. Эти ящики потом небольшой автокран аккуратно вывозит к грузовикам по рядам между вышек с изоляторами и высоковольтными проводами (все под током, напоминаю). Бойцы отработали, запрыгнули в автобус и тут кто-то кричит:»Смотрите!» По соседнему ряду автокран вёз очередной загруженный ящик и то ли наехал на что-то, то ли руль не так повернул, но накренился и стал медленно заваливаться на провода. Мы понимаем, что сейчас испарятся и кран, и крановщик, но тот, видимо, не просто в рубашке родился — стрела упирается строго в бетонную вышку. Один шанс из тысячи… Только тогда все выдохнули, 30 долгих секунд никто не дышал.

-.    Сухой закон и в бригаде, и во всей стране (Горбачевские потуги деалкоголизации), хотя алкоголь при облучении действительно полезен. Бойцы все равно где-то что-то доставали. Итак, картина маслом. Наша командирская палатка, вечерний преферанс (а как вы думали), внезапно откидывается полог  и вваливается пьянючий воин из нашей роты. Видит всех отцов-командиров с суровыми взглядами, понимает, что фатально перепутал палатки, разжимает затрясшиеся губы и….падает в обморок (тогда с наказаниями было сурово). Привели в чувство, отхохотались, даже наказывать не стали, и так виски у бедолаги поседели.

-.    Вечернее построение. Несколько тысяч мужиков (женщин не было ни одной) замерли в степи на фоне потрясающего украинского заката. Сколоченная трибуна для комбрига и Японская акустика — любой певец позавидует. Комбриг — боевой генерал, проводит разбор полетов, чихвостит кого-то провинившегося, но КАК он это делает! Такого виртуозного и связного мата мы ещё не слыхали. Все замерли, открыв рот и, не вникая в смысл, наслаждаются талантливо нанизанными оборотами и пожеланиями. Многократно усиленный наказ улетает за горизонт и возвращается эхом… В общем, и концертов не надо. Хотя к нам приезжали для поднятия боевого духа (только за август-сентябрь, пока я там был) и Пугачева, и Макаревич, и ансамбли всякие…

-.    Я уже набрал пороговую дозу радиации и жду смены. На станцию не посылают, но по службе гоняют. Назначили дежурным офицером по автопарку бригады (несколько сотен машин — любых!)  Ну вы уже догадались. Ночью мы выбирали, что кому по душе, отъезжали подальше в ровную, как стол, степь и….. Формула-1 и Московские мажоры плакали бы горючими слезами от зависти. Если бы увидели….

           И ещё. Не все до конца понимают, что на самом деле совершили эти люди — простые ребята со всей страны. Состав менялся постоянно: облучился — уехал, следующий. Я, как взводный, вёл анкетированный учёт личного состава. Так вот только у меня по документам кроме русских были белорус, мариец, немец, латыш, татарин. Про Сашу Рабиновича я вообще молчу. Кстати, самих украинцев я там не видел никого. Может, они в других частях были, но на станции я их тогда не встречал. 

        Радиация страшнее пули, её не видишь, а она точно так же прошивает тебя, разрушает и убивает медленно, что ещё подлее. И если бы эти простые ребята своими ладонями не собрали смерть вокруг станции, её бы разнесло гораздо дальше, и эти лучи не разбирают, кто перед ними — ребёнок, женщина или просто птица. Эти парни собой заслонили страну от беды. В буквальном смысле приняв на себя удар той заразы, которую они, а не роботы, своими руками убрали в могильники. Заслонили так же, как когда-то в 41-м такие же точно парни стали насмерть за Родину. 

       Многих уже нет, особенно из тех, первых наборов….Спасибо и низкий поклон вам, Ликвидаторы-Чернобыльцы!   Живите долго!