Мобильные пусковые установки M142 появятся в Румынии. Чем ответит российское ПВО в Приднестровье и в Крыму

С середины августа 2017 года новостные блоки многочисленных российских, западноевропейских и американских военно-аналитических порталов заполонила информация о заключении между Минобороны Румынии и военно-промышленной корпорацией «Lockheed Martin» весьма внушительного 1,25-миллиардного контракта на закупку 54 мобильных пусковых установок M142 высокоточных реактивных систем залпового огня HIMARS, включая полноценный боекомплект последнего поколения. Представлен он 81 227-мм управляемым реактивным снарядом M31A1 GMLRS «Unitary» с моноблочной БЧ, 81 корректируемым реактивным снарядом M30A1 GMLRS «Alternative Warhead» c кассетным «снаряжением» в виде 180 тыс. вольфрамовых и стальных шариков в специализированных контейнерах, 54 оперативно-тактическими баллистическими ракетами MGM-140B ATACMS Block IA c осколочной БЧ в виде 300 осколочных элементов M74 APAM, а также 30 учебными ракетами с уменьшенным радиусом действия.

Действительно, не очень приятная новость как для Оперативной группы российских войск в Приднестровском регионе Республики Молдова, которая, к сожалению не была своевременно оснащена батареями передовых зенитных ракетно-артиллерийских комплексов «Панцирь-С1», так и для войсковой группировки ВС России в Республике Крым, которая может оказаться в зоне поражения данных управляемых реактивных снарядов и ОТБР в случае развёртывания HIMARS на украинской территории (в Одесской и Николаевской областях). Такой сценарий вполне реалистичен, если принимать во внимание возможную эскалацию боевых действий в ПМР, подключение к конфликту Североатлантического альянса, участие в происходящем румынской стороны с её имперскими замашками в Северо-Западном Причерноморье, а также всеобъемлющую поддержку всего этого беспредела украинской стороной.

Но даже в такой непредсказуемой ситуации у зенитно-ракетных войск ВКС России и войсковой ПВО имеется достойный ответ в виде ЗРК С-300ПМ-1, С-400 «Триумф», С-300В4, «Бук-М3», которые могут без особых затруднений перехватывать 227-мм реактивные снаряды семейства M30/31A1 c эффективной отражающей поверхностью порядка 0,05 кв. м, а также оперативно-тактические БР ATACMS с ЭОП около 0,2-0,3 кв. м, ведь радары подсвета и наведения 92Н6Е, 9С32М и 9С36М этих комплексов (согласно официальным данным, приведенным на таких ресурсах, как «Вестник ПВО» и «Ракетная техника») обеспечивают возможность захвата целей с ЭПР около 0,02-0,05 кв. м. Что ещё более важно, несмотря на меньшую ЭПР у реактивных снарядов M31A1, чем у ОТБР ATACMS, первые однозначно неспособны выполнять противоракетные манёвры, а значит, и уничтожить их будет гораздо проще. Вывод: в большинстве эпизодов на перехват одного неманеврирующего УРС M30/31A1 GMLRS будет достаточно одной зенитной управляемой ракеты 48Н6Е/ДМ, 9М93М или 9М317М. Если же учесть присутствие в сетецентрической эшелонированной ПВО ещё и ЗРПК «Панцирь-С1», которые на практике подтвердили возможность уничтожения ещё более малоразмерных 122-мм НУРСов типа 9М22У системы «Град», то надёжный «зонтик» ПРО для нашей войсковой группировки в Крыму обеспечен даже в самых непредсказуемых обстоятельствах.

Вместе с тем было бы очень наивным полагать, что действующий ракетный боекомплект 6-зарядных пусковых установок HIMARS и 12-зарядных ПУ M270 MLRS и далее останется в неизменном виде, позволяя нашим зенитно-ракетным средствам столь же оперативно принимать контрмеры. Первым звоночком грядущего «усиления» HIMARS и MLRS стал амбициозный проект более дальнобойной ОТБР LRPF («Deep Strike») с уменьшенной радиолокационной сигнатурой и увеличенной до 2000 м/с маршевой скоростью полёта. Возможности этого изделия мы рассматривали в одном из наших предыдущих обзоров. Сегодня мы напомним о ещё одном, не менее амбициозном и опасном для средств ПВО, проекте модернизации вооружения для систем залпового огня HIMARS и MLRS.

Речь идёт о «скрещивании» стандартного 227-мм неуправляемого реактивного снаряда M26A1/2 с малозаметной планирующей управляемой авиабомбой GBU-39B, благодаря чему и появился уникальный двухступенчатый «умный» снаряд GLSDB («Ground Launched Small Diametr Bomb»). Первые огневые испытания опытного образца GLSDB были проведены в феврале 2015 года, что впервые обеспечило специалистов американской корпорации «Boeing», шведской «SAAB» и норвежской NOBLE («Norwegian Battle Lab & Experimentation») исчерпывающей информацией о поведении бомбы GBU-39B «Small Diametr Bomb» на высоких сверхзвуковых скоростях. Этого было достаточно для продолжения работ.

Спустя почти 4 года, 30 октября 2018 года, во время демонстрации модуля с 6 227-мм ТПК для ракет GLSDB на выставке в норвежском Трондхейме, представители NOBLE анонсировали очередной этап огневых испытаний GLSDB, который запланирован на осень 2019 года. По-видимому, программа вышла на финишную прямую и уже после 20-го года новые ракеты могут начать поступать на вооружение стран-операторов HIMARS и MLRS. Что известно о ракете? Первая её ступень, представленная удлинённым твердотопливным ракетным двигателем реактивного снаряда M26 ER-MLRS, будет разгонять GLSDB до скорости в 900-1200 м/с и «забрасывать» в средние слои стратосферы (на высоту 15-25 км). Учитывая тот факт, что бомба SDB вместе с термостойким обтекателем-контейнером для защиты от аэродинамического нагрева при разгоне будет весить не более 130 кг (на 19% легче, нежели «родная» боевая часть снаряда M26), первая ступень может придать контейнеру с GBU-39B заметно лучшие скоростные возможности, чем обычному НУРС. Далее разгонный блок снаряда M26 будет отстреливаться, а контейнер с бомбой продолжит двигаться по баллистической траектории со снижением скорости и набором высоты.

Если внимательно присмотреться, можно увидеть не только макет гибридной GLSDB, но и некоторые её ТТХ: помимо дальности поражения цели в 150 км, изделие позволяет атаковать объект под любым углом подлёта и с любого направления

При переходе отметки в 2000-2300 км/ч контейнер будет раскрываться, после чего «узкая бомба» начнёт самостоятельный управляемый полёт, да ещё и с возможностью смены цели на более приоритетную на траектории (естественно, лишь после оснащения радиомодулем обмена информацией по радиоканалу сети «Link-16»). Важнейшим отличительным качеством GLSDB является ещё и возможность пролёта над целью с дальнейшим ударом с совершенно непрогнозируемого воздушного направления. Ещё больше настораживает то, что на завершающем участке полёта (планирования) бомба SDB является «холодным телом», которое не обнаруживается посредством оптико-электронных комплексов, работающих в ИК-диапазоне, в то время как ЭПР в 0,01 — 0,015 кв. м позволяет обнаружить её посредством РЛС наведения 1РС2-1Е «Шлем» комплекса «Панцирь-С1» с дистанции не более 5-7 км. Это говорит об одном: в ночное время суток, либо в сложных метеорологических условиях, когда «Панцирь-С1» не имеет возможности применить телевизионный канал наведения модуля 10ЭС1-Е, сразу несколько бомб GBU-39B могут выйти в район позиций батареи «Панцирей» на высоте 10 км (оставаясь невидимыми ни для радиолокационных, ни для оптико-электронных средств), а затем спикировать в «мёртвую воронку». Ещё худшая для нас ситуация будет наблюдаться в случае атаки на ЗРСК «Тор-М2У», у которых «мёртвая воронка» представляет собой конус с углом раствора 50 градусов: проникнуть в в этот конус «узкой бомбе» будет проще простого.

Сорвать процесс выхода бомбы GBU-39B SDB-I в районе боевого поля (подлёта к цели) вполне реально. Для этого необходимо развёртывание близ средств ПВО и стратегически важных войсковых объектов комплекса радиоэлектронной борьбы «Житель», подавляющего GPS-приёмник наведения, установленный на бомбе. Что касается перехвата бомбы посредством ЗРК С-300ПМ-1, С-300В4 и даже С-400, то реализовать это будет непросто, поскольку ЭПР планирующей бомбы (0,015 кв. м) меньше, чем заявленные разработчиком показатели отражающей поверхности обрабатываемой для данных систем.

И даже в том случае, если РЛС подсвета и наведения данных ЗРК смогут «захватить» планирующий блок перспективной ракеты GLSDB, устойчиво сопровождать его до момента поражения зенитными ракетами 48Н6ДМ и 9М83М будет проблематично, поскольку противник располагает передовыми авиационными контейнерными станциями РЭБ типа AN/ALQ-249 «Next Generation Pod», способными ставить мощные имитационные прицельные по частоте, а также шумовые помехи. Выделять миниатюрную SDB на фоне этих помех «трёхсоткам» и «четырёхсоткам» будет весьма сложно. Обеспечить более уверенное отражение удара GLSDB может ЗРК С-350 «Витязь», оснащённый более современным и помехозащищённым многофункциональным радаром с АФАР 50Н6, но о положении дел с поступлением этого комплекса на вооружение зенитно-ракетных подразделений не хочется даже упоминать.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.