Рюриковичи 809-1598 годы. Строительство Третьего Рима

Строительство Третьего Рима

Знаменитый либерал Тимофей Николаевич Грановский, профессор всеобщей истории Московского университета, имел ученика – Василия Осиповича Ключевского, ставшего в дальнейшем автором прославленного курса лекций по русской истории.

По этому курсу русской истории учились многие поколения русских людей, и воистину, испытываешь настоящее потрясение, когда обнаруживаешь, что имя святого благоверного князя Александра Невского во всем пятитомном «Курсе русской истории» В.О. Ключевского упоминается всего четыре раза. Два раза, когда речь идет о родственнике святого князя, один раз в списке персонажей книги, которую читал Петр I, и еще раз в связи с Александро-Невской лаврой.

Сам же святой князь, его подвиги и победы в объемистом курсе просто отсутствуют.

И тут только и остается дивиться мастерству Василия Осиповича, с которым он сумел так изложить историю нашего Отечества, что и, прочитав несколько раз весь его пятитомник, только много лет спустя, случайно замечаешь, что из его курса изъят такой узловой персонаж русской истории…

Но с другой стороны, есть и некий мистический смысл в том, что Александр Невский не вместился в историю России, которую создал либерал В.О. Ключевский…

Святой князь сам ушел из этой предельно рационализированной истории, потому что эта история имеет очень малое отношение к истории страны Александра Невского, его Святой Руси…

1

В цепочке «учитель – ученик – ученик-ученика» Василий Осипович занимает промежуточное место. Воспитанник Тимофея Николаевича Грановского и сам воспитал немало профессоров-историков.

Наиболее известен из них Михаил Николаевич Покровский, который при советской власти стал бессменным заместителем наркома просвещения и создал не менее знаменитый, чем «Курс русской истории», учебник «Русская история в самом сжатом очерке».

Причем он пошел дальше учителя.

Если Василий Осипович в своем «курсе русской истории» умудрился не заметить Александра Невского, то Михаил Николаевич не замечает в своем «самом сжатом очерке» и самой русской истории.

До конца своей жизни этот ученик Василия Осиповича Ключевского принуждал всех русских школьников изучать историю по своему учебнику «Русская история в самом сжатом очерке», который не столько излагал историю нашей страны, сколько насаждал большевистско-интернационалистскую ненависть ко всему русскому.

Если мы попытаемся протянуть цепочку «учитель – ученик – ученик-ученика» далее, то мы попадем в наше время, в школы и институты, где нам навязывали представление, что наш народ это то, что думала о русском народе разная либеральная диссидентская публика XIX и XX столетий.

И сколько усилий необходимо было предпринять, через какие беды свои личные и всей страны пройти, чтобы осознать, что диссиденты и в XIX и XX столетиях не столько старались понять русский народ, сколько пытались увязать с мыслями о народе собственные нездоровые ощущения, собственные комплексы и болячки…

Но столь же нелепо полагать, что народ сам способен понять себя…

2

Соловьев писал, что народ не то, что он сам думает о себе, а то, что Бог думает об этом народе.

Это не попытка красиво уйти от ответа, это прямой ответ.

Ведь то, что Бог думает о русском народе, мы можем постигнуть не только в мистическом молитвенном сосредоточении, но просто раскрыв хронологию нашей истории.

В составленной, по просьбе императора Николая I, Записке «О народном воспитании» Александр Сергеевич Пушкин говорил:

«История в первые годы учения должна быть голым хронологическим рассказом происшествий, безо всяких нравственных или политических рассуждений. К чему давать младенствующим умам направление одностороннее, всегда непрочное? Но в окончательном курсе преподавание истории (особенно новейшей) должно будет совершенно измениться. Можно будет с хладнокровием показать разницу духа народов, источника нужд и требований государственных; не хитрить; не искажать республиканских рассуждений, не позорить убийства Кесаря, превознесенного 2000 лет, но представить Брута защитником и мстителем коренных постановлений отечества, а Кесаря честолюбивым возмутителем… »[3]

Речь тут идет не только о римской истории, вернее, совсем не о римской истории…

Пушкин говорит, завершая свою Записку: «Изучение России должно будет преимущественно занять в окончательные годы умы молодых дворян, готовящихся служить отечеству верою и правдою, имея целью искренно и усердно соединиться с правительством в великом подвиге улучшения государственных постановлений, а не препятствовать ему, безумно упорствуя в тайном недоброжелательстве…»[4]

Справедливо предположить, что Пушкин распространял и на русскую историю призыв «не позорить убийство кесаря». Он считал, что и в русской истории не надобно прибегать ко лжи и искажениям, даже если это и надобно для воспитательных целей.

Руководствуясь этими пушкинскими пожеланиями, и нужно снова вглядеться в хорошо знакомые события русской истории…

3

Рождение нашей страны связано с события тысячелетней давности.

В Предисловии мы рассказывали, что часть этих событий сохранилась в русском героическом эпосе, хотя и создавались наши былины значительно позднее.

Поразительно как естественно смыкаются русские былины с летописями, события героического эпоса с событиями историческими.

Святогор, хотя и нашел тяги, поднять Русскую землю не сумел.

Это совершил на рубеже тысячелетий другой былинно-исторический персонаж – равноапостольный князь Владимир.

Он пришел в нашу историю, когда Русь еще не стала государством, когда она лишь томилась государственностью, когда ее еще только предстояло разбудить для истории.

Главную роль в этом пробуждении князь Владимир отвел вере, единой для всех родов и племен.

Как свидетельствуют археологические раскопки, поначалу Владимир пытался превратить в единую государственную религию родное языческое многобожие.

Он установил тогда на Священной горе невдалеке от теремного дворца шесть кумиров, которые почитались различными славянскими племенами и были свезены в Киев не столько как боги, сколько как представители соответствующих родов и племен, объединенных под властью киевского князя.

По сути, устроенный на холме рядом с княжеским теремом пантеон можно считать прообразом нынешнего Совета Федерации…

Главная его функция – представительство родов и племен.

Но, как ни замечателен был экуменический замысел князя, языческий пантеон не сумел объединить славянские племена. Племенные божки, перепутавшись между собою, окончательно утратили, как любят говорить сейчас, «легитимность» и превратились в народном сознании лишь в обозначение Высших Сил, в «местоблюстителей» Истинного, пока еще неизвестного Бога.

Обитатели пантеона, устроенного князем Владимиром, превратились в сновидение народа, тело которого охвачено предгосударственным томлением, а душа – предощущением познания Бога Истинного[5].

Поэтому мы и говорим, что 1 августа 988 года – не просто крещение Руси, но ее Рождение…

До этого была смесь родов и племен, объединенных властью князя Владимира, и только сейчас, в водах Днепра, родилось Русское государство.

1 августа 988 года – это дата начала нашей истории…

И не язычество, а христианство разбудило Русь для истории, и именно это и определило место в нашей стране православия.

Оно для России не просто конфессия.

Православие для нас – государствообразующая сила.

Православие сформировало язык нашего народа и его национальный характер, православие определило законы нашего государства и его культуру.

Так и выстраивалась святыми князьями Русь, что совпадали пути спасения и устроения русским человеком своей души с путями спасения и устроения государства.

И это еще раз свидетельствует, что князь Владимир, как и подобает мудрому государственному мужу, угадал устремление народной души, правильно определил стратегию духовного развития русского человека…

4

Между Киевской Русью, созданной Владимиром Мономахом и его потомками и Святой Русью Сергия Радонежского и Александра Свирского, вмещается тот период нашей истории, который долгое время называли татаро-монгольским завоеванием Руси, хотя название это не отражало всей полноты и глубины происходивших тогда процессов.

Разумеется, отношение к державе, зародившейся в читинско-монгольских степях, на берегах Онона, не может быть определено однозначно, но попытаемся осознать тот непреложный факт, что именно империю Чингисхана и следует считать непосредственной предшественницей Российской империи…

Входя в границы империи завоевателя вселенной, Московская Русь превратилась в Российскую империю.

Еще более поразительно, что и советская империя практически совпала со своими предшественницами не только границами, но и своими – Вьетнам, Афганистан – амбициями на новые границы…

Воистину в этом смысле наша страна – феноменальное, небывалое в мировой истории образование.

Из различных центров, на основе совершенно различных государственных идеологий, даже различными империеобразующими этносами создавались эти три государства, но совпадала их территория, на которой – лучше ли хуже ли! – но обеспечивалось выживание всех включенных в империю народов. Когда же империя, благодаря враждебным силам, разрушалась, она снова возникала уже на основе другой идеологии, из другого центра, но в тех же самых границах…

Что это значит?

Да только одно…

То, что эта империя нужна Богу, то, что народам, населяющим нашу страну, надобно исполнить то, что предназначено нашей стране Богом.

5

И разве не эту истину и прозревал в молитвенном сосредоточении святой благоверный князь Александр Невский, когда он ехал в далекий Каракорум вдоль южной границы созданной Чингисханом империи.

Александр Невский был тогда князем нетронутого татаро-монгольскими нашествиями русского княжества!

Блистательные победы над могущественными врагами – Невская битва, освобождение Пскова, Ледовое побоище, разгром литовцев под Торжком, Торопцем, Бежичами, Витебском – были за спиной двадцатишестилетнего князя, сумевшего остановить крестовый поход на Русь, и все же сумел он найти в себе силы смирения, сумел принять судьбоносное для нашей страны решение и «повенчать Русь со степью».

Решение это потребовало от него большего героизма, чем любой бранный подвиг. Ради исполнения воли Божией князь жертвовал не только собою, но и своей славой непобедимого героя…

И если, действительно, святыми не рождаются, а становятся, то, возможно, именно по дороге в Каракорум и произошло с Александром Невским это дивное преображение…

И мы, осознавая себя наследниками великих созидателей нашего государства, должны ясно понимать, что все те, кто тем или иным способом пытаются разрушить страну, – враги не только нашей страны, но и самого Бога.

И это касается не только внешних врагов, но и тех, кто пытается разрушить нашу страну изнутри, тех, кто разрушает ее, находясь у кормила государственной власти.

И это одинаково относится и к честолюбивым потомкам Чингисхана, и к лукаво властолюбивым последнему генсеку и первому президенту постсоветской России.

6

В юбилеях присутствует некая магическая сила.

В такие дни происходит не только всеобщее воспоминание о событии, бывшем сто, двести или полтысячи лет назад, но во всеобщем, всенародном переживании этого события происходит укрупнение и подлинное осуществление его.

Происходит то, ради чего и было это событие сто, двести или полтысячи лет назад.

И символично, что третье тысячелетие нашей истории было ознаменовано двумя 500-летними юбилеями событий, значение которых нам еще предстоит осознать…

4 (17) декабря 2005 года мы отметили 500 лет со дня кончины в Чудовом монастыре нашего великого святителя Геннадия Новгородского.

Известен он тем, что был одним из образованнейших людей своего времени, составил пасхалию и издал первый полный свод Священного Писания – «Геннадиевскую Библию». Первым поднял архиепископ Геннадий вопрос об устройстве училищ для духовенства и создал школу в Новгороде.

Но самая главная заслуга святителя Геннадия не в этом.

Будучи архиепископом Новгородским, он первым вступил в борьбу со страшной ересью, захватившей тогда Новгород.

Об этом периоде нашей истории и о борьбе с этой ересью, по понятным причинам, советские историки практически не упоминали, поэтому приведем коротенькую справку…

После того, как Василий II Васильевич в 1441 году, назвал митрополита Исидора «латинским злым прелестником», и приказал заточить его в Чудов монастырь, были три десятилетия, в течение которых Василию Темному удалось, наконец, завершить развязавшуюся как бы сама собою, изнурительную феодальную войну и передать государство в целости своему сыну Ивану III – собирателю Русской земли.

Вот тогда в 1470 году, когда начала крепнуть Святая Русь, принявшая на себя дело соединения рассыпавшихся после падения империи Чингисхана земель, и прибыл из Киева в Новгород иудей Схария – «дьяволов сосуд и изучен всякого злодейства изобретению».

Сразу отметим, что главным в учении Схарии было не стремление утвердить иудаизм на русской земле, а исключительно осквернение святынь, которым поклонялся русский народ.

Отрицая основные православные догматы, приверженцы ереси, получившей в официальной науке название ереси жидовствствующих, тем не менее внешне соблюдали все обряды и стремились проникнуть и проникали в структуры Православной Церкви, как главной силы созидающей растущую Святую Русь.

Сторонникам ереси удалось возвести на митрополичью кафедру архимандрита Зосиму (Брадатого). Более того, этой ересью оказалась заражена и Елена Волошанка, жена наследника русского престола Ивана Ивановича Молодого.

Случайно ли, что распространение ереси достигло своего пика в 1480 году?

В том самом году, когда стоянием на Угре завершилось было начатое еще святым Дмитрием Донским освобождение Руси от зависимости от Сарая.

Святая Русь, которую не удалось сокрушить извне, оказалась приведенной на грань внутреннего саморазрушения.

7

Трудами и молитвенными подвигами святителя Геннадия Новгородского и преподобного Иосифа Волоцкого удалось искоренить новую страшную опасность.

Все перипетии развернувшейся борьбы можно проследить непосредственно по тексту нашей книги, но о главном итоге одержанной тогда победы необходимо сказать уже сейчас.

Именно тогда, когда уничтожена была ересь, псковский игумен Филофей, словно бы подводя итог и определяя направление развития России на будущее, написал: «Москва – третий Рим. Вторым Римом была Византия, но, приняв унию, она изменила христианству и пала. Четвертому же Риму не бывать».

Именно тогда, в 1507 году, недалеко от впадения Свири в Ладогу, явилась преподобному Александру Свирскому – единственному святому Нашей эры! – Святая Троица.

Мы не дерзнем осмысливать факт явления Святой Троицы преподобному Александру Свирскому в связи с ликвидацией ереси жидовствующих, но твердо можно говорить, что идея Третьего Рима игумена Филофея не могла бы возникнуть, если бы не удалось победить ересь.

И задумываешься, а что было бы, если бы и мы сумели победить ересь нашего времени… Может быть, и у нас возникла бы столь же могучая национальная идея, как у наших предков пятьсот лет назад?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.